Энциклопедия Символы и Знаки
А Б В Г Д Е Ж З И К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Э Ю Я

Хаос


Разделение Хаоса Майкл Уэлан
Разделение Хаоса
Майкл Уэлан

Хаос противопоставляется центру; он соотносится с ночью, тьмою, смертью, бесформенностью. Это образ становления и, что очень существенно, объединения противоположностей. В нем все разворачивается, раскрывается, проявляется; в него же все возвращается, в нем все сворачивается и скрывается.

Хаос связывается с творческим началом; сущность хаоса — пустота и ничто, которые содержат и порождают все. В хаосе совпадают начало и конец, это непрерывное становление, разрежение материи и сгущение ее, жизнь и смерть. Он выполняет функцию лона, в котором зарождается все живое. Повсеместно акцентируются такие характеристики хаоса, как неупорядоченность, непредсказуемость; антитеза культуре, логосу.

Во многих космогонических традициях мир начинается с разделения неба и земли в бесформенном, неупорядоченном хаосе, где все стихии пребывают нераздельными, слитыми, и образования между ними пустого пространства, зияния. Древнегреческое слово «хаос» происходит от глагола «хайно» — разверзаюсь, раскрываюсь; хаос — это не беспорядок, а зияние между небом и землей. Однако в ряде концепций хаос оказывается первичным: «Прежде всего во Вселенной хаос зародился» (Гесиод, «Теогония»). Хаос представлен у Гесиода как физическое (пустое пространство) и мифологическое (порождающее жизнь первоначало) понятие; сходным образом у Секста Эмпирика хаос определяется как «место, вмещающее в себя целое». Представление о хаосе как о вместилище первоначала, развитие которого приводит к возникновению вселенной, свойственно китайской мифологии.

Орфики отождествляет его с мировым яйцом, из которого все произошло; по некоторым свидетельствам, они соотносили его с четным, двоичным как беспредельным (ср. у Гегеля образ «дурной бесконечности»). В орфизме хаос — «страшная бездна» (ср. «зияющая бездна» в «Старшей Эдде»). Орфики заостряют внимание на принципиальной непредсказуемости хаоса, тем более страшной, что она не оставляет человеку возможности приспособления к ней (в то время как космос — обустроен, и соразмерен человеку). Возможно соотнесение хаоса с аидом: как и в хаосе, в аиде все разрушается и гибнет, теряет вид и форму. Будучи невоплощенным и неоформленным («безвидным» — таково значение слова «аид»), хаос чувственно не воспринимаем и может быть помыслен только в качестве умозрительного. У Платона хаос сближается с материей в целом как «всеприемлющая природа», лишенное всяких физических свойств и даже имени начало.

Хаос прежде всего воплощает первопотенцию. В архаических культурах он повсеместно ассоциируется с символизирующей женское начало водной стихией как «лоном бытия». В Древнем Египте фигурирует первородный океан Нун, воплощение небытия, отсутствия тварного мира; аналогичное представление о хаосе как о мировом океане имеется в шумерской мифологии. Океан в древнегреческих космогониях наделяется характеристиками, сближающими его с хаосом. В библейской мифологии сохраняется образ хаоса-бездны, частью которого являются морские воды; хаос противопоставляется Яхве, созидающему и упорядочивающему мир, и враждебные ему силы помещаются обычно в морские воды (чудовище Левиафан). В христианстве подчеркивается сакральное значение водного крещения как «возвращения в первоначальную бесформенность, растворение форм».

Хаос трактовался в контексте космогонического процесса как изначальное (докосмическое) состояние бытия. Но и в рамках космически оформленного мироздания он сохраняется на периферии мира; мифологические тетраморфы выступают в роли охранителей четырех направлений света, сходящихся к центру, от периферического хаоса. Хаос постоянно угрожает миру, поскольку миротворение мыслится в целом как процесс обратимый. Воспроизведение хаоса в праздничных обрядах является своеобразным его заклинанием; предоставив хаосу кратковременную возможность явить себя, его затем вновь «высылают» за пределы обитаемого мира.

Хаос соотносится с энергией сексуальности (греч. genesis как порождение) и мыслится как содержащий в себе брачную пару космических прародителей; в этом же смысле хаос в пифагореизме связывается с фигурой диады. В данной системе отсчета Эрос выступает посредником между хаосом и космосом; сама любовь, в качестве миросозидающей силы, возникает «из лона хаоса» — в греческой мифологической традиции, в ведийской мифологии (где Кама, олицетворение космического желания и творческой энергии, стал первым «саморожденным» из первоначального хаоса). В ряде космогонических традиций внутри хаоса видится помещенным существо-демиург (к примеру, древнеегипетский бог-творец помещается внутри первородного океана Нуна) что подчеркивает созидательный потенциал хаоса.

Хаос охватывает как процесс становления космически оформленного мироздания (дифференциация исходной нерасчлененности, выделение традиционных пар противоположностей, возникновение качественно определенных стихий и оформление конкретных предметов), так и процесс разрушения «установившегося» космоса (египетский бог-творец, Атум, угрожает богам: «Я разрушу все, что я создал. Мир снова превратится в хаос, Нун... как было вначале»).

Включая в себя последовательно сменяющие друг друга космические циклы (от становления до гибели), хаос, таким образом, вечно пребывает в качестве воплощающегося в этих циклах, но отличного от них начала, характеризующегося как безграничной открытостью всевозможным вариациям становления, так и вечностью как бесконечной неисчерпаемой потенциальностью. Философия усматривает в хаосе первоначальное состояние неорганизованной материи, из которого созидается новый порядок бытия путем проявления скрытых сущностей. Таким образом, хаос выступает как то, что включает все противоположные силы в недифференцированном состоянии.














«Энциклопедия Символы и Знаки»   Copyright 2007 © Small Bay Ltd